Log in

РУССКАЯ КУЛЬТУРА И РОССИЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ КАК ОСОБАЯ ОБЛАСТЬ СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНОГО ЗНАНИЯ

РУССКАЯ КУЛЬТУРА И РОССИЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ КАК ОСОБАЯ ОБЛАСТЬ СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНОГО ЗНАНИЯ

А.Ш. Викторов,

доктор социологических наук, профессор,

МГУ имени М.В. Ломоносова,

социологический факультет, профессор

 

После перехода на капиталистическую модель общественного развития на протяжении более чем 20 лет Россия оказалась в неком неопределенном состоянии безысходности («эффект Саспенса»), когда неуклонно снижается духовно-нравственный потенциал общества и происходит разрушение устойчивых социокультурных связей в обществе. Поэтому противоречивая динамика социальных изменений, обусловленная кризисом ценностных оснований, с необходимостью поставила проблему возрождения русской культуры и российской цивилизации, которая имеет несколько разных аспектов:

  • обозначение ключевых проблем (противостояние Запада и России, формирование стандарта идентичности и принятие нового закона о культуре);
  • определение предметной области русской культуры и российской цивилизации.

Рассмотрим более подробно некоторые из них.

В условиях введения экономических санкций против России и обострения социально-политических отношений с развитыми странами СМИ поднимает извечный вопрос о противостоянии Запада, самобытности России и их разными культурно-цивилизационными моделями. На наш взгляд, это искусственно сконструированная идеологема и мифологема, имеющая под собой вполне определенный контекст. Россия и Запад как цивилизации в самом общем плане не противостоят друг другу, а взаимодополняют, ибо в их основе лежат общие этнокультурные, духовно-религиозные, социально-экономические и политические истоки, которые имеют разную историческую память.

Чуть более века тому назад (1911 г.) известный русский историк В.О. Ключевский достаточно четко определил ее суть, которая не утратила своей актуальной значимости и в наше время. «Чем более мы сближаемся с Западной Европой, тем труднее становились у нас проявления народной свободы, потому что средства западноевропейской культуры, попадая в руки немногих, обращались на их охрану, не на пользу своей страны, усиливая социальное неравенство, превращались в орудие эксплуатации культурно безоружных масс, понижая уровень их общественного сознания и усиливая сословное озлобление, чем подготавливали их к бунту, а не свободе»[1]. Поэтому противостоят друг другу не народы, а интересы различных кланово-клоновых групп.

Проблема противостояния или единения разных цивилизаций имеет под собой не культурный и не религиозный, а вполне конкретный идеологический и технологический контекст. Исторически по мере вхождения Древней Руси (потом России) в сферу жизненно необходимых интересов Запада она «получила» от него не объединительную, а разъединительную матрицу взаимоотношений. Первоначально это нашло выражение в институтах власти, письменности и религии, а в дальнейшем – в конструировании из нее некой несовершенной цивилизационной модели (как например, «империя зла»). Многовековая история русской культуры и российской цивилизации (как впрочем, и других) свидетельствует и о постоянной попытке своего физического и материального воспроизводства, и самосохранения, и непрестанном стремлении сделать себя «немного лучше» с помощью духовных средств, открытых и созданных собственными усилиями. Причем здесь наблюдаются следующие противоречивые закономерности: 1) между расширением (усложнением) попыток материального самосохранения неких неизменных исторических субъектов и стремлением упростить духовную жизнь народа, общества через деформацию изменения их значимых основ; 2) чем больше Запад нуждался в природно-сырьевых ресурсах России, тем сильнее обоюдно артикулировалась идея их цивилизационного противостояния; 3) чем активнее проявлялось желание российской элиты стать частью высшего европейского сообщества, тем громче раздавалась национально-патриотическая риторика на фоне возрастания социокультурного напряжения.

За последние 100 лет Россия «пережила» три социальные системы (монархическую, социалистическую и рыночную), которые сформировали три стандарта идентичности, имеющие разные ценностные основы:

  • патриархально-православный;
  • советский (Кодекс строителя коммунизма);
  • индивидуалистический (прагматико-утилитарный).

Наиболее наглядно последствия этого катаклизма (быстрой смены стандартов идентичности) проявляется в современном миропонимании и типах взаимодействий среди молодежи. Как показывает анализ взаимодействий среди студенческой молодежи за последние 2-3 года, более 45 % доминируют отношения обмена (теория Хоманса), 31 % - по интересам, 23 % - нет никаких взаимодействий. Интересно отметить, что на вопрос: «С кем/чем Вы себя идентифицируете?» (ноябрь 2014 г., респонденты возраста 20-21 года, в большинстве женского пола) - только 2 % ответили, что они русские, 1 % - россияне, а подавляющее большинство – некая повседневная рефлексия (от планетарного существа, любителя пепси до девушки-водителя и девушки с карандашом).

         Отсюда особое значение обретает обсуждение нового закона о культуре и Декларация русской идентичности (11 ноября 2014 г.), принятая на XVIII Всемирном Русском народном Соборе (следует отметить, что никто из студентов, включая верующих, не знал об этом событии). Сегодня имеются разные проекты закона о культуре, разработанные официальными органами (Госдума, Министерство культуры, Общественная палата) и альтернативные варианты (Марат Гельман). Причем и первые, и вторые пытаются обозначить культуру как инструмент либеральной идеологии (мы живем в XXI веке и не важно, где живем в России или Америке: ключевой субъект здесь – это город) или номенклатурно-бюрократической власти. Прежний закон о культуре, принятый в 1992 г., не отвечает реалиям социокультурных изменений в российском обществе и возрастающей значимости разработки научных категорий «русская культура» и «российская цивилизация».

Русская культура и российская цивилизация – это достояние более десяти поколений из ста народов (российских граждан), связанных с созидательной деятельностью на благо страны, где особое место занимают их лучшие представители в различных областях общественной жизни. Следовательно, русская культура и российская цивилизация – общенародное дело, а потому проект нового закона о культуре нельзя отдавать в руки идеологически ангажированных субъектов. Речь идет, с одной стороны, о своеобразной культурной люстрации (культура – это чистое и тонкое дело, чтобы доверять ее в руки постоянно «избранным» деятелям культуры и политики), а с другой – проведение всенародного референдума о русской культуре и российской цивилизации придаст особый импульс к общегражданскому единению и раскроет творческий потенциал российского общества. На повестке дня стоит будущее России, а не очередной безжизненный проект «культуры» или чемпионата мира по футболу.

Перед научной общественностью с необходимостью встает достаточно сложная задача выделить русскую культуру и российскую цивилизацию в отдельную и самостоятельную предметную область в социально-гуманитарном знании и разработать теоретико-методологические основы социологического познания русской культуры и российской цивилизации в контексте единой целостной системы через призму нового осмысления их культурного прошлого, специфики социокультурной динамики и современного состояния. Как любая из существующих ныне исторических социальных целостностей она отличается следующими качествами: относительной независимостью (самостоятельностью), историко-культурным прошлым и сложившимся территориально-природным пространством.

По словам И. Валлерстайна, подобные системы подразделяются на мини-системы (их срок не больше шести поколений) и мир-системы, имеющих долговременное существования, а потому «следует отказаться от понятия общества, которое содержит противоречия между социальностью и государственностью»[2].

Поэтому новая предметная область непосредственно связана с формированием национально-ориентированной модели научного знания, которое обусловлено следующими положениями:

  • во-первых, разработкой новой парадигмы социологического знания в рамках глобальной и национальной социологии, где особую роль играют такие структурные элементы, которые способствуют самосохранению и долговременному существованию глобальной системы на различных уровнях ее развития;
  • во-вторых, она выступает ценностной (мировоззренческой) основой для российского обществознания, призванного обосновать значимость русской культуры и российской цивилизации как единого целого в современном мире;
  • в-третьих, изменением целевой и функциональной направленности современного социально-гуманитарного знания, которое в своей основе (институциональной, ценностной, методологической и др.) возникло и развивалось в лоне западноевропейского общества и культуры, а потому было ориентировано на сохранение и воспроизводство этой исторической системы, т.е. его устойчивых и значимых компонентов и институций (религиозных, национальных, социальных, политических, экономических, гражданских, культурных и др.).

На уровне сути это знание создавалось как социально-гуманитарная технология управления, манипуляции и интеллектуального господства не только над европейским массовым общественным сознанием, но и над развивающими и малоразвитыми странами, которые были в сфере их геополитических и экономических (материально-сырьевых ресурсов) стратегических интересов.

В этом контексте объективная и субъективная позиция ученого, характер его научного мышления, предопределенных целым рядом моментов (идеологемой существующей власти, доминирующей модели знаний, уровнем саморефлексии, ценностными предпочтениями и др.), которая в условиях системного кризиса капитализма (знаний, идей, ценностей) обретает особое значение, поскольку любая новая научная дисциплина (в том числе социология русской культуры и российской цивилизации) превращается в своеобразную гуманитарную технологию, призванную не только мобилизовать творческий и общественный социальный потенциал для решения жизненно важных проблем и «прорыва» в будущее, но и заложить основы нового российского обществознания (национальной социологии, антропологии, экономики, политологии и др.). Такой подход к изучению национальной культуры создает основу для нового самоосмысления знаний о России, поскольку отсутствие внимания и негативное отношение к своей культуре является глубокой культурной травмой и острым симптомом болезни общества.

Если в прошлом столетии был сформирован взгляд на культуру как на некое вторичное образование, где экономические отношения признавались в качестве базиса общества, а культура и вся сфера духовной деятельности считалась надстройкой, то в современном научном знании культуре отводится определяющая роль не только в инновационном развитии общества, но и в формировании новой национальной гражданской идентичности с учетом как исторического прошлого, так и современных цивилизационных изменений.

Согласно мнению некоторых зарубежных социологов, «культура должна стать новым центральным пунктом социологической теории»[3].

Дальнейшая судьба российской цивилизации особым образом актуализируется именно в переломные моменты истории и зависит от позиции каждого россиянина и его отношения к историко-культурному прошлому и настоящему. Поэтому будущее России связано в первую очередь с сохранением русской культуры и конструктивным отношением общества к традиционным ценностям всех российских народов на основе их социокультурного единения, сотрудничества и взаимопонимания в решении общих жизненно важных проблем.

Таким образом, в настоящей социокультурной ситуации поиска национального согласия чрезвычайно важно заполнить духовный вакуум такими знаниями, теориями, научными дисциплинами и учебными предметами, которые, обладая безусловным статусом научной объективности, социально-культурной значимости и духовной ценности, помогут не только переосмыслить социокультурное прошлое и настоящее России, но и будут способствовать становлению позитивного мировоззрения у нового поколения россиян.

Наличие разных идеологем понимания сущности «русского» и «российского» в отечественной истории не способствует целостному восприятию современной русской культуры как основы духовной жизни российской цивилизации, а потому не обеспечивает передачу духовных ценностей от одного поколения к другому, не сохраняет язык нации, не задает жизненные ценности, что и препятствует установлению общественного согласия. Как любая из существующих ныне исторических социальных систем Россия отличается относительной независимостью, историко-культурным прошлым и сложившимся территориально-природным пространством. В этом контексте возрастает значимость формирования новой национально-ориентированной парадигмы социально-гуманитарного знания, которая должна быть связана со следующими моментами: разработка нового понимания российского общества со структурными элементами, которые способствуют самосохранению и долговременному существованию системы; создание такой ценностной основы российского обществознания, призванной обосновать целостное единство русской культуры и российской цивилизации. Как известно, современное социально-гуманитарное знание в своей основе (институциональной, ценностной, методологической и др.) возникло и развилось в лоне западноевропейского общества и культуры, а потому было ориентировано на сохранение и воспроизводство этой исторической системы. На уровне сути это знание создавалось как социально-гуманитарная технология управления, манипуляции и интеллектуального господства как над европейским массовым общественным сознанием, так и над развивающими и малоразвитыми странами, которые были в сфере их геополитических и экономических (материально-сырьевых ресурсов) стратегических интересов.

Поэтому национально-ориентированное знание превращается в своеобразную гуманитарную технологию, призванную не только мобилизовать творческий и общественный социальный потенциал для решения жизненно важных проблем и «прорыва» в будущее, но и заложить основы нового российского обществознания. Такой подход к изучению национальной культуры создает основу для новой системы знаний о России, что особенно важно для подрастающего поколения, поскольку негативное отношение к своему историко-культурному прошлому является глубокой культурной травмой и острым симптомом болезни общества.



[1] См.: Ключевский В.О. Письма. Дневники. Афоризмы и мысли об истории. М. 1968. С. 315.

[2] См.: Валлерстайн И. Анализ мировых систем: современное системное видение мирового сообщества//Социология на пороге XXI века. М., 1998, с. 130 – 146.

[3] См.: Александер Д. Новое теоретическое направление в социологии: одна из интерпретаций//Социология на пороге XXIвека. М., 1998, с. 161.

Последнее изменениеВторник, 28 апреля 2015 00:58

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Много.ru

Fornex Hosting

Booking.com INT

-2°C

Moscow

Fair

Humidity: 47%

Wind: 17.7 km/h

  • 24 Mar 2016 0°C -4°C
  • 25 Mar 2016 3°C -3°C